Меню
Категории
Они в нас верили
23.01.2016 Мы строили комсомол

Особо хочу сказать о старших товарищах, партийных, советских
и хозяйственных руководителях под началом или совместно
с которыми мне довелось работать все эти годы. В длинной
череде имен наших наставников особое место, безусловно, занимают:
Дин-Мухамед Ахметович Кунаев, Виталий Николаевич
Титов, Михаил Сергеевич Соломенцев, Саттар Нурмухамедович
Имашев, Николай Григорьевич Мельник, Козлов Георгий Алексеевич,
Бейсебаев Масымхан Бейсебаевич, Ашимов Байкен Ашимович,
Валентин Иванович Месяц и многие другие.

Каждый из них был для меня высоким авторитетом, примером
ответственного служения вверенному делу и своему народу.
Пример этих людей воздействовал на мое возмужание как
руководителя и молодежного политика, укреплял мою волю

и характер. У старших товарищей я учился масштабно мыслить,
взвешенно подходить при оценке людей и событий, грамотно решать
возникающие масштабные проблемы и солидно отвечать
за свои действия. С их стороны чувствовал доброжелательное
и всегда внимательное отношение ко мне. Испытывал к ним неизменное
чувство глубокого уважения и благодарности, и до сих
пор думаю о них как о живых. Культура достойного человека,
думаю, начинается с благодарного, признательного отношения
к своим родным, учителям и наставникам. Мы, к сожалению,
не всегда помним тех, кто своими заботами и добрым влиянием
помог встать на ноги, сделать нашу жизнь содержательнее и интереснее.

С Димашем Ахметовичем Кунаевым мне, естественно, неоднократно
приходилось встречаться и участвовать при решении
различных молодежных проблем, наблюдать на всевозможных
партийных, республиканских мероприятиях и хозяйственных
совещаниях. Многие из этих встреч глубоко запали в сознание.
В моей памяти он запечатлелся как широко образованный, интеллигентный
человек и, по-восточному, тонкий и умный политик.

Димаш Ахметович всякий раз искренне радовался каждому
нашему успеху в молодежной политике, каждому достижению
молодых на производстве, в науке, культуре или спорте. Он глубоко
вникал в наши дела-проблемы политической организации
юношества. Будучи высоким государственным деятелем, наделенным
широкими полномочиями и большой властью, в общении
с нами комсомолятами он никогда не показывал своего главенства.
Не поучал, всегда был приветлив и уважителен, спокоен
и ровен в различных и даже в самых острых ситуациях.

У Димаша Ахметовича был свой оригинальный стиль поведения,
манера предельно уважительного общения с людьми. Неторопливые,
несколько медлительные движения, всегда взвешенная
манера говорить четко и ясно, слегка картавя, тщательно подбирая
при этом выражения. Отличительной чертой его было заботливое
и внимательное отношение к людям. Критика была бережно-конструктивной
даже по отношению к серьезно проштрафившимся
чиновникам, не унижающая их человеческого достоинства.

Признаюсь, был удивлен и взволнован, когда однажды меня
совсем неожиданно пригласили к нему на встречу. По дороге
мучительно думал, что за причина, чем продиктован такой срочный
вызов. В кабинете за столом я увидел Димаша Ахметовича
и министра торговли республики. Хозяин кабинета поднялся навстречу
и, видимо, прочитав на моем лице тревожное ожидание,
без обиняков спросил:

——Ну, как Вы устроились?
Я подумал, что речь идет о размещении аппарата ЦК комсомола
(мы тогда тесно ютились в здании минавтотранса республики
по ул. Сейфулина) и ответил:

——Спасибо, работники размещены, правда, тесновато,
но работать можно.
Он внимательно посмотрел на меня и продолжил:

——А семья как?
Накануне, спустя почти год томительного ожидания жилья я,
наконец, получил квартиру и смог привезти из Москвы семью.
Но квартира была практически пуста. Купить мебель, бытовую
технику и другие пожитки при тогдашнем дефиците было трудно.
Ни с кем о своих бытовых затруднениях я не делился.

——Спасибо, Димаш Ахметович, обживаемся потихоньку.
——Поступим так, — обратился он к министру, — отпустите
ему спальный гарнитур из своего резерва и, наверное, еще
холодильник?
——Спасибо, этого вполне достаточно! — поспешно ответил
я, с ужасом соображая, где возьму столько денег при своей-
то зарплате, чтобы рассчитаться за все вдруг свалившееся
на меня добро.
Этот может не значительный, но весьма, на мой взгляд, характерный
эпизод, раскрывает Димаша Ахметовича как человека
широкой души, внимательного и заботливого руководителя.

Многих, кто не знал его близко, поразил еще один характерный
факт из его жизни. После развала нашей страны и обретения
Казахстаном независимости, молодая республика переживала,
как известно, серьезные экономические трудности.
Дошло до того, что в моргах столицы скопилось много трупов,

на погребение которых не было средств. И тогда, уже пенсионер
Кунаев, передает свои сбережения на решение этой трагической
проблемы. В этом высокогуманном поступке весь Д. А. Кунаев,
мудрый руководитель, посвятивший всю жизнь служению своему
народу.

Очень метко сказал об этом публицист и писатель, Альберт
Устинов» в своей статье «Динмухамед Кунаев. Отец нации».*
Пишет: — «…для казахов эпоха Кунаева стала как раз временем
обретения национальной гордости и может с полным правом
считаться самым светлым счастливым периодом из всей его
исторической жизни, когда из кочевого тысячелетнего «застоя»
вдруг брызнули искры молодой, рвущейся к современной цивилизации
нации».**
Кунаев Д. А. почти полвека находился у руководства Казахстаном.
При нем началось динамичное развитие общества, индустриализация
экономики, превращение степного края в республику
с высшим уровнем всех социально-экономических показателей.
В сознании казахстанцев Д. Кунаев — «Человек, который построил
наш дом».***

Нынешняя независимая республика располагает передовой
наукой, современными гигантами промышленности, многочисленными
освоенными месторождениями, линиями железнодорожных
и энергетических систем. Пожалуй, трудно переоценить
все то, что сделал этот человек для своего народа. Казахская
пословица гласит: «Пока живы знавшие отца — жива и память
о нем». Добрые воспоминания о Кунаеве Д. А. будут, безусловно,
всегда жить в памяти благодарной нации.

Несколько лет мне пришлось работать под руководством
Виталия Николаевича Титова — тогдашнего второго секретаря
ЦК КП республики. Приходилось много встречаться
с ним и как с непосредственным куратором, и просто как с человеком
в неформальной обстановке. В республиканской
* Устинов А. А. — бывший секретарь ЦК ЛКСМ Каз., ответственный работник
ЦК КП Каз., редактор газеты «Казахстанская правда.

** Ж. Политика. №6, 2005г.

*** А. Турсунов. Ж. «КонтиненТ». №1 (63), 2002 г.

парторганизации он оказался внезапно после Октябрьского пленума
ЦК КПСС (1964 г.). Пленум, как известно, освободил от занимаемой
должности Генсека компартии Хрущева Н. С. Освобожден
был от занимаемой должности и секретарь ЦК партии
Титов В. Н.

Партийный и советский актив республики в большинстве своем
принял его доброжелательно и даже с долей некоторого сочувствия.
Ведь обиженных у нас всегда жалели. Многие вполне
обоснованно считали, что приход к руководству республикой государственного
деятеля такого крупного масштаба будет способствовать
повышению уровня работы всей партийной организации.
Что в полной степени впоследствии и подтвердилось.

По строго заведенному порядку не реже одного-двух раз в месяц
я докладывал ему о наших текущих делах и проблемах молодежного
движения. Накануне каждой встречи я, разумеется,
тщательно готовился, подбирал необходимый материал. Всякий
раз после моей информации Виталий Николаевич интересовался,
как выполняются ранее высказанные поручения. Он обычно
помнил все предыдущие его поручения вплоть до деталей,
задавал неожиданные вопросы. Несколько раз я убеждался
в этом, когда в завершение разговора он вдруг спрашивал: —
А как решается такой-то вопрос, что уже сделано по такому-то
поручению?

Его стиль, конкретный, требовательный подход к каждому
вопросу приучал подчиненных к дисциплине, собранности
и пунктуальной исполнительности. Он имел аналитический
склад ума, тяготел к деталям любого вопроса, которым занимался.
Все поручения, которые Виталий Николаевич давал, обычно
фиксировал в блокноте и возвращался к ним при очередной
встрече. Его приемник был прямой противоположностью.
К нему можно было прийти налегке, поговорить в общем и ни
о чем не договориться.

Виталий Николаевич был высокообразованным человеком
с цепкой памятью, в чем я неоднократно убеждался. Как-то мы
члены ЦК ВЛКСМ от республики летели с ним в одном салоне
в Москву на юбилейный пленум, посвященный 50-летию ком-
сомола. Дорога дальняя, в салоне завязался оживленный разговор
на свободные темы. Непроизвольно коснулись вышедшей
тогда книги С. М. Штеменко «Генеральный штаб в годы войны».
Никто из нас молодежи прочесть книгу не успел, не поступила
еще в продажу, но интригующие отзывы в прессе читали все.

И тут оказалось, что Виталий Николаевич уже прочел мемуары
и, по его отзыву, книга произвела на него большое впечатление.
В течение полета он подробно, а по некоторым эпизодам
в деталях и с фамилиями пересказал нам содержание книги. Рассказчик,
надо сказать, он был увлекательный и буквально ошеломил
нас своим повествованием и крепкой памятью. Прочитанное
он не только пересказывал, но и привносил свое личное отношение
к фактам, давал свои неожиданные оценки людям и событиям
военных лет.

О требовательном, чрезвычайно энергичном и трудоспособном
Титове в республике ходили легенды. Он был человеком
широкого кругозора и незаурядных личных достоинств, всегда
хорошо информированным руководителем. И если брался за какой-
то вопрос, то глубоко вникал в существо дела и стремился
знать об этой проблеме все до деталей, и того же требовал от подчиненных.
За глаза между собой его называли «наш Кутузов» еще
может быть и потому, что у него был поврежден, как и у выдающегося
фельдмаршала, один глаз.

В праздничные или выходные дни он регулярно, облачившись
в шубу и валенки, выезжал с шофером на вездеходе в сельские
районы, в бригады, на животноводческие фермы. Чаще всего это
случалось в зимний напряженный период зимовки скота в выходные
и праздничные дни. После таких визитов в ЦК партии
приглашались секретари партийных комитетов, руководители
тех хозяйств, где он успел побывать, и происходил нелицеприятный
«разбор впечатлений».

Нежданный высокий визитер приводил факты низкой дисциплины
труда, когда на некоторых фермах сутками содержался
не кормленный и не напоенный скот, из-за загулявших доярок
и скотников подолгу не доились коровы, в селениях были закрыты
клубы или больницы и многое другое в том же духе. От руководителей
тут же требовались объяснения. А что вразумительного
они могли сказать, если не знали этих фактов. На некоторых
смотреть было жалко от их беспомощности и несостоятельности.
Кроме клятвенного обещания «срочно принять меры», многие
больше и сказать-то ничего не могли. Порою доставалось
и нам — комсомолу. Почему де не вникаем, ведем себя робко…

По республике быстро распространялся «узункулак» об этих
встречах и имел свое воздействие на хозяйственный актив,
подтягивал исполнительскую дисциплину. Руководитель Виталий
Николаевич был по-комиссарски строгий и властный, работать
с ним было нелегко, но очень интересно и поучительно.
Мне ни разу не пришлось почувствовать на себе недоброжелательность
или начальственный окрик с его стороны. А ведь
В. Н Титов был не всегда ровен к подчиненными, порою резок
и крут. Я не могу давать оценку степени его доверия ко мне.
Полагаю, Титов уважал меня как работника.

Я был избран кандидатом в члены ЦК партии, членом Комитета
народного контроля республики, награжден орденом «Знак
Почета» и медалью, Почетной грамотой Президиума Верховного
Совета Казахстана. Безусловно, брал с него пример и порою
ловил себя на том, что помимо воли подражал его манере и стилю.
Большим уроном для меня стало неожиданное освобождение
Виталия Николаевича от занимаемой должности и отъезд его
из республики.

Мы всегда находили должную поддержку и понимание, получали
добрые советы и нужную помощь со стороны отраслевых
секретарей ЦК партии: Имашева Саттара Нурмугамедовича,
Мельника Григория Андреевича, председателя Совета министров
республики Бейсебаева Масымхана Бейсебаевича, а затем
сменившего его Ашимова Байкен Ашимовича и многих министров
правительства.

Особую благодарность я сохранил к Козлову Георгию Алексеевичу
— председателю КНК республики, и его заместителю Петрушину
Николаю Ивановичу.* Несколько лет я был членом КНК

* Н. И. Петрушин до этого работал ответственным работником ЦК ЛКСМ
Украины, ЦК ВЛКСМ, вторым секретарем ЦК ЛКСМ Каз.

республики и многое почерпнул для себя, наблюдая и постигая
стиль работы Козлова Г. А., его манеру ведения заседаний Комитета
и общения с людьми.

Каждое заседание Комитета под его руководством было для
меня настоящей школой, как сейчас говорят, «мастер-классом»
предметного разбора недостатков и упущений в хозяйствовании,
строгом и в тоже время щадящем отношении к виновным. Георгий
Алексеевич с отеческой теплотою и заботой относился к нам
комсомольским работникам, часто встречался с молодежью
и щедро передавал свой огромный опыт, лучших с готовностью
брал в свой аппарат.

Внимательно и заботливо, как подобает старшему товарищу,
много лет отдавшему работе с молодежью, относился к нашим
проблемам и Петрушин Н. И. Он постоянно вникал в наши дела,
выступал перед молодежью, всемерно поддерживал «Комсомольский
прожектор» и был инициатором проведения многих
совместных с народными контролерами проверок и рейдов.

Невозможно перечислить имена всех старших товарищей, кто
всегда был готов помочь и приходил к нам на помощь. С благодарностью
говорю, руководители всех рангов в республике,
за некоторым, правда, исключением, вникали в молодежные проблемы,
внимательно, большей частью с готовностью откликались
на наши обращения, что благотворно сказывалось на деятельности
комсомола, являлось залогом наших успехов в воспитании
юношества.

* *

*

В конце 1971 года пришло время переходить на другую работу.
С душевной грустью и с чувством выполненного долга простился
с товарищами и с полюбившимся краем, передал эстафету своим
приемникам, которым предстояло дальше нести трудную миссию
молодежных организаторов.

Прожитые в комсомоле Казахстана годы на всю жизнь сохранились
в памяти моей. Работа здесь стала для меня серьезным
испытанием на деловую и гражданскую зрелость. Скажу без
рисовки — трудился с полной отдачей сил, знаний и времени.
Эти напряженные годы прошли для меня под знаком борьбы
за повышение боевитости, повышения вклада молодежи в экономику
и культуру республики. Сегодня, спустя десятилетия,
вспоминая многое, думаю все-таки, немало сделано за небольшой
срок. Случалось всякое: и победы, и горечь поражения.
Но самое главное, что осталось в моем сознании, чувство до конца
исполненного долга. Я счастлив, что мне довелось значительное
время быть в авангарде молодежи республики прошлого
ХХ века, которая превозмогая все трудности и лишения, наращивала
прочную материальную, духовную базу и основу достижений
нового независимого Казахстана.

Казахстан навсегда остался в моем сердце, в моем сознании,
стал значительной частью моей жизни и моих дел. Памятными
и дорогими навсегда остались годы, отданные этому краю.
И сегодня оглядываясь с высоты прожитых лет, поработав в разных
местах и на различных должностях, осознанно говорю:
Казахстан великая страна с талантливым народом и большим
историческим будущим.

Комментарии закрыты
*